16a13b01     

Рыбаков Вячеслав - Вечер Пятницы



Вячеслав РЫБАКОВ
ВЕЧЕР ПЯТНИЦЫ
- На сегодня, видимо, все, - изобразив интеллигентное неудовольствие,
произнес Гулякин.
Похоже было на то. Тяжелый останов - штука довольно обычная, но
выбивает из колеи и людей, и машину. Свирский принялся сворачивать длинную
бумажную простыню. Простыня была сверху донизу исписана на языке, который
эвээмствующие снобы именуют, как монарха, "пи-эль первый", а люди деловые
называют просто "поел один". Шизофренически однообразный мелкий узор
бледно-сиреневого цвета шуршащими рывками передергивался по столу.
Постников звонко захлопнул "дипломат" и сказал:
- Может, и к лучшему.
- Да, Дмитрий, - отозвался Гулякин. - Ты правда какой-то серый.
- Душно, - несмело вступился за смолчавшего Постникова его недавний
аспирант Свирский. Аккуратно пропуская друг друга в дверь по антиранжиру,
они покинули терминальный зал: кандидат Свирский, доктор Постников,
профессор Гулякин.
- За выходные, Борис, я просил бы вас сызнова проверить программу.
- Конечно. Разумеется, Сергей Константинович.
- Это все не дело. У меня буквально коченеют клешни, когда машина не
пашет! - После пятидесятилетнего юбилея элегантный профессор вдруг
принялся обогащать свою речь молодежной лексикой. Ученый Совет был у него
теперь не иначе как тусовкой. Постников коротко покосился на шефа. Тот,
уловив блеснувшую сбоку веселую искру, сказал с напором: - Да, да! Если
что - звоните мне прямо на дачу.
Крутя ключи на пальце, Гулякин шустро сбежал сквозь густую городскую
духоту по ступеням парадного крыльца к своему "жигульку" - изящные
австрийские туфли твердо, как копытца, щелкали по асфальту. В полуприседе,
упираясь в колени руками и свесив белоснежные космы на лоб, Гулякин
несколько раз обошел вокруг машины, пристально вглядываясь куда-то под
нее.
- Что вы там ищете, Сергей Константинович? - спросил сразу вспотевший
на вечернем припеке Свирский. - Золото и брильянты?
- Уран, - ответил Гулякин и с едва уловимой натужинкой распрямился.
Перевел дух и вдруг, открывая дверцу, заорал высоцким голосом: - Я б в
Москве с киркой уран нашел при такой повышенной зарплате!.. Тачка не
нужна?
Свирский пожал плечами, стеснительно улыбаясь. Постников сказал
ехидно:
- Куда нам спешить в такую жару. Дачи нету. Погуляем тут.
- Завистник! - засмеялся Гулякин. - Придется завещать дачу с мебелью
и незамужней дочерью тебе, Дмитрий... Нет, кроме шуток! Борис, заткните
уши субординативно!
Свирский четко выронил портфель и, растопырив локти, сунул в уши свои
длинные, покрытые черными волосками пальцы. На какой-то миг Постникову
показалось, что пальцы войдут на всю длину.
- Правда, поехали, - негромко попросил Гулякин. - Ты, ей-богу, серый.
Плюнь на все. Мы по тебе соскучились как-то... посидим, похохочем, в речке
выкупаемся... Лида нам споет. Мои плавки тебе подходят, помнишь?
- Спасибо, - Постников неловко покосился на застывшего с пальцами в
ушах Свирского. - Подумать надо. Скоро Совет, мне докладывать.
- Черт. Эта тема сожжет тебя ощущением ответственности. Дмитрий,
плюнь, надорвешься. Один неловкий шаг - и Губанов тебя проглотит вместе и
с потрохами, и с заботами о человечестве, даже я не прикрою. Я уж не тот,
Дмитрий.
Постников усмехнулся и сделал Свирскому знак вытащить пальцы.
Свирский вытащил, подцепил опрокинувшийся портфель. Мимо текли к
остановкам усталые, распаренные, предвкушающие отдых люди. Фырча,
разъезжались машины со стоянки. Все спешили - вечер пятницы, погода
блеск...
- Вольно, - сдался Гулякин. - Ввер



Назад