16a13b01     

Руденко Елена - Смерть В Версале



Елена Руденко
Смерть в Версале
В Париже день 5 октября 1789 года выдался промозглым и
ветреным. Писательница Светлана Лемус нехотя собралась и
отправилась за покупками. Последнее время отыскать что-нибудь
на предмет поесть было трудновато. Город просто захлестнула
продовольственная проблема. Закутавшись в плащ, девушка не
спеша брела по улице, читая вывески лавок и расклеенные всюду
афиши. Ее внимание привлек листок кордельеров, она хорошо
помнила его. Эту афишу Светлане еще раньше показывал ее друг
Жорж Дантон, и даже спрашивал ее мнение. Главной мыслью листка
было идти всем на Версаль, чтобы заставить короля переехать в
Париж. Лемус не верила, что это возможно сделать. Она перевела
взгляд на другую афишу, автором которой был Марат. Опять призыв
идти на Версаль.
От размышлений Светик отвлекли шум и крики с Гревской
площади. Любопытная Лемус поспешила туда. Площадь была
заполнена народом, в основном это были женщины торговки с
Центрального рынка. В центре толпы Светлана увидела мужчину и
женщину, которые опять же призывали идти на Версаль.
-- Вы тут голодаете, а Австриячка объедается мясом и вином!
- говорил мужчина.
Лемус узнала его. Это был Майяр, участник взятия Бастилии.
Женщина рядом с ним держала в руках шпагу, а за поясом у нее
было два огромных пистолета. Это была Труань де Мерикур,
наиболее революционно настроенная дама. Светик невольно
вспомнилась одна газетная статья про команду пиратов, которыми
управляла женщина, и ее за это прозвали пиратской мамашей. Если
уж пиратская мамаша когда-либо существовала, то она выглядела
точно как Мерикур. У Лемус тут же созрел сюжет нового романа
про пиратов, и она решила при возможности переговорить с этой
женщиной, но, разумеется, не сейчас.
Призывы идти на Версаль возымели свое действие. Толпа
рыночных торговок во главе с Мерикур и Майяром двинулась в
путь.
Светлана присоединилась к ним, она просто не простила бы
себе, если поступила иначе. Внутренне чувство подсказывало ей,
что должно что-то произойти. К тому же выпал шанс опять
увидеться с другом Максимильеном Робеспьером, который был
депутатом учредительного собрания в Версале. Она давно не
виделась с ним. Лемус вспомнила их совместные расследования
преступлений. Светик никак не могла понять, как он умудряется
обо всем догадываться. Сама бы она ни за что не справилась с
подобной задачей - определить среди нескольких подозреваемых
коварного убийцу. При чем убийцей всегда оказывался тот, кого
ей и в голову не приходило подозревать.
Впереди Лемус шла худощавая дама, которая очень громко
хохотала. Она рассказывала истории, которые были интересны и
смешны только ей самой. Рассказав какой-то случай, она первая
начинала смеяться. Смех у нее был неприятный и громкий со
всхлипами. Сразу нельзя было понять, смеется она или плачет. Ей
было примерно сорок лет. Красотой и привлекательностью она не
обладала. К тому же излишняя болтливость и смех не к месту не
прибавляли ей шарма. Она постоянно жевала табак и швыркала
носом. Одета женщина была довольно аккуратно, но безвкусно.
В начале пути она забавляла своих спутниц, но потом все
просто устали от нее. В промозглую осеннюю погоду, когда нужно
преодолеть длинный и трудный путь, не многие бы смогли с
радостью слушать бессвязную болтовню.
У Светланы от ее раскатистого с надрывами смеха сильно
заболели уши. Ей стало казаться, что эта неугомонная особа
находится везде.
-- А знаете что, - вдруг выпалила шумная женщина. - Мсье
Морьеса, одного мо



Назад